W.W.Wordsworth
...А этот милый человек - был раньше добрым псом..(с)
Не сочтите за глупый каприз, но мне стало интересно, кто же читает эту игру.) Отметиться можно будет в голосовалке или в комментариях, по желанию. Дело в том, что в общем скопище мессагов я нашел еще пару игр с Симоной, которые можно считать бонусными - они с небольшим рейтингом и семейной жизнью.) Так вот, если это все действительно читает хоть кто-то, бонус имеет смысл.)

Фэндом: Trinity Blood.
Авторы: W.W.Wordsworth, Мирланда.
Бета: W.W.Wordsworth
Название: Полет Черной бабочки.
Жанр: приключения, мистика.
Персонажи: Уильям, Симона, Абель, Яков.
Предупреждение: AU, как и всегда.

Часть шестая, "REVENGE"

Уильям с минуту молчал, ошарашенно уставшившись на сестру Симону. А потом расчувствовался, пытаясь обьяснить ей, что его желали самым зверским образом убить, и у него не было выбора. Тем более что переживать подобного рода мучительные мутации со своим телом ему еще не приходилось.
- Вам что, меня совсем не жаль, бесчувственное вы существо? - он содрал с рук разорванные перчатки, чтобы вытереть ими испачанное лицо и выкинуть их. Даже руки почернели, скорее всего от дыма или еще чего нибудь.
- Между прочим, я тоже пострадала. О... - Симона вздохнула, откинула в сторону испачканный пиджак и присела рядом с мужчиной. - Мне жаль вас, правда. Но вот только у нас будут большие проблемы... Покажите руки... Да, плачевно. Лягте вот так вот и не двигайтесь, - Симона вытащила из кармана юбки передатчик и принялась стучаться к Якову. Теперь думать, как бы уберечь этого типчика от пристального внимания коллег. Вызвав помощь, она достала из сумочки дежурный шприц-тюбик с промидолом. - Вы лучше подумайте, как нам объяснить... - она воткнула иглу в плечо мужчины. - Вот, умница, даже не заметили. Сейчас вам легче будет. Да, и придумайте историю кровной вражды этого придурка и вашей семьи. Я же сделаю так, чтобы к вам не подошел посторонний врач, иначе вы рискуете оказаться в наших застенках, пока не умрёте.
- Ох! - он вздрогнул, не понимая, зачем сестра Симона снова устраивает эту экзекуцию с иглами. - А как бы вы удерживали Найтделла живым на открытом пространстве? Как бы мы его довезли до нужного места? Ну сами подумайте, это все бесполезное занятие. И почему у меня руки черные? - он расмотрел внимательнее почерневшие пальцы. - Взгляните!
Он мог шевелить пальцами и чувствовать их, но от кончиков пальцев кожа пошла черными пятнами, как будто даже мохнатыми.
- Это что же, мутация?.. Это ведь не ожог.
- Доза паралитика - и вампира можно хоть катить, - буркнула монахиня. Симона легко перехватила руку мужчины и оглядела повреждения. - Ничего, подобное бывает у упырей после ожогов. Точно я не разобралась, но там из-за бацилл идёт сбой в РНК... Короче, не волнуйтесь, через пару часов это всё отвалится.
Уилл всхлипнул еще раз и успокоился, начав извиняться:
- Простите меня, но я не видел другого выхода. Вы в толпе этих, - он кивнул головой на стонавших людей. - меня связали и подожгли, я и потерял голову. Поэтому я был готов драться насмерть, наверняка. А зачем вы воткнули в меня иглу, а? Вы думаете, я для вас теперь опасен?
- Да нет, просто думала, это заставит вас заткнуться, но что-то пошло не так.... Да шучу я. Это обезболивающее. У вас ноги сильно обгорели, вы без него сейчас бы уже начали кататься по земле от боли - вместе с понижением адреналина, - она осторожно оборвала полу сутаны мужчины и оглядела повреждения. А ничего, жить будет, хотя зрелище слезшей кожи и подгоревшего мяса было не очень радостным.
- А я смогу ходить?
- Успокойтесь, сейчас за нами приедут и отвезут куда надо. Вам сейчас нужна нормальная медицинская помощь, так что не дёргайтесь, - монахиня со вздохом удержала мужчину от попытки сесть. - Лежите и успокойтесь, всё закончилось. Вы сейчас, если будете дёргаться, только навредите всему и пользы не принесёте.
- Я вообще всю операцию веду себя как вредитель... Убил ценное существо, убил Найтделла. Хотя он сам напросился. Ноги болят, но наверное не так сильно, как должны бы...
- Знаете, у нас не было другой возможности, поэтому не беспокойтесь. Конечно, было бы интересней получить ту бабочку живой, но не сложилось - и чёрт с этим. - Симона посмотрела на часы. Почти семь минут прошло, как она попросила помощи. За это время иной человек уже мог бы умереть от боли и потери крови. Но стоило ей так подумать, как на тропинке послышались голоса. - Ну, вот и наши спасители. Держитесь, сейчас доедем до больницы, и я вас подлатаю до более приемлемого состояния.
- Да, - вздохнул Уилл с облегчением. На него накатывала сонливость, в желудке словно начался бунт, и он со стоном потерял сознание на минуту, очнувшись уже на носилках.
Промыть раны. забинтовать и уложить в специальные лубки для ожогов - на всё это ушло около полутора часов. Симона работала одна и здорово устала. Яков всё это время торчал у двери, ожидая рассказа об их приключениях. Выпихать его на фиг стоил огромных усилий и клятвенного обещания расказать "всё-всё, как было и ничего не утаить". Когда рыцарь наконец-то отвалил, Симона взяла пузырёк с нашатырём и поднесла к лицу Вордсворда, благополучно спящего благодаря её некоторым усилиям. Ну правда, зачем он ей нужен в сознании? Снова вопить и дёргаться, когда она ставит ему уколы?
- Ох... - он мотнул головой, очухиваясь от резкого запаха. - Где я? - он обвел мутным взглядом окружающую обстановку. - Сестра... - пьяно улыбнулся он, увидев знакомое лицо.
- Однако, - похоже, Симона с эфиром всё-таки переборщила. У неё люди с такими ожогами и такими счастливыми физиономиями ещё не просыпались. - В больнице, успокойтесь. Кстати, звонил ваш коллега, тот незабвенный отец Найтроуд и долго хныкал в трубку, чтобы я вас не убивала.
- Найтроуд тот еще идиот, - хихикнул Уилл, чувствуя себя отчего-то крайне счастливым.- Вы представляете, что было бы, если б он присут... был на операции? Он бы вам... нам с вами фсе испортил!
- Да уж, не сомневаюсь... - Симона вздохнула. - Вот что мне с вами делать?... Якова, чтобы, позвать, пусть вас допрашивает... хотя что вы ему скажете?...
- Ни-че-го, - хмыкнул Уилл. - Я имею право хранить молчание! - он фыркнул, развеселившись.
- Тогда молчите, - буркнула Симона. И что с ним делать? Снова усыпить? Можно, как вариант... А если осложнение какое-нибудь будет? Вон у него какая реакция странная. Конечно, ничего опасного, но вот если этот хмырь решит, что здоров и пойдёт гулять? Лови потом психа... - Хорошо же вас торкнуло...
- И не говорите, - опять фыркнул он. - Чем это вы меня укололи, а? Впрочем, я знаю, что я расскажу брату Якову. Что Найтделл умер сам по своей глупости, - он рассмеялся до слез.
- В этом никто и не сомневается, - вздохнула Симона. - Вот только как он по своей глупости отгрыз себе голову...
- А почему сразу отгрыз? Я скажу, что из-за неумелого обращения с факелом он самовозгорелся, украшение на его шее расплавилось, металл оказался слишком специфическим, и ему... - тут он почувствовал логический тупик в рассуждениях. - Я скажу, что голову хотели отрубить мне, а отрубили ему. Так сойдет?
- Я скажу Якову, что ты невменяемый, - тихо вздохнула Симона. - Вордсворд, просто заткнитесь и уходите в несознанку...
- Ладно, - пьяно мотнул он головой. - Ушел в себя, вернусь нескоро, - он прикрыл глаза и притворился, что старательно спит, похрапывая.
- Вот и славно, - Симона на всякий случай ловко затянула руки притворяющегося мужчины фиксирующими ремнями. Ничего, поспит и без ворочанья с бока на бок. - Я приду часа через три, пока поспите. Придёт Яков, притворитесь, что не отошли от наркоза.
Вордсворт встрепенулся когда его руки перетянули ремнями. Осмотрел себя и даже как будто протрезвел. Поняв план сестры Симоны, он кивнул "Хорошо" и с удовольствием продолжил спать.
Симона, как и обещала, вернулась через три часа. За ней топал Яков, твёрдо решивший наконец-то дорваться до свидетеля. Вообще, он бы с большим удовольствием вернулся бы обратно в Берн, откуда его выдернула коллега, но о конфликте в этом поганом городке узнало начальство и настоятельно требовало расследования, суда и казни. Казнить пока было некого, все достойные этого уже подохли. К тому же смерть эмиссара альбионского упыря могла вызвать очень большие осложнения в международных отношениях. Радовало только то, что Уолш вроде как проговорился, что его посланник самовольно остался в Италии.
Симона пощёлкала пальцами перед глазами сонного Профессора пальцами и, убедившись, что тот отошел от эфира, кивнула Якову.
- Можешь начинать, только осторожно. Человек чуть не помер.
Профессор проморгался и уставился на брата Якова. Он представлял себе его совершенно по другому. Да, ему говорили, что этот человек ходит в доспехах, но что он - сплошные доспехи, без намека на лицо, он не знал об этом. Он невольно задрожал, увидев перед собой нечто вроде доспехов тевтонца без тевтонца.
- Ой, - он затряс головой, думая что это очередной глюк.
- Ну что, день добрый, - Яков огляделся в поисках чего-нибудь, куда он мог сесть. В итоге он уселся на подоконник, примяв жалюзи и чуть не разбив кактус в горшке. Симона тихо ржала около шкафчика с инструментами. Яков мужественно сдержался, чтобы не скатиться в привычную перебранку. Можно подумать, он виноват, что у этой модели доспехов вечно клинит шлем!
- Так, вы Вильям Волтер Вордсворд, столько-то лет, уроженец Альбиона, сотрудник Министерства Внешних дел Ватикана... бла-бла-бла, - рыцарь пробежался взглядом по листу бумаги, прикреплённого к старомодной планшетке. Хотя по уставу все дублировалось диктофонной записью, Яков предпочитал ещё дублировать показания на бумаге. - Расскажите вкратце, что произошло ночью на собрании культа Красной бабочки... Не смешно, это название придумывал не я, - Симона всё-таки начала хихикать. - Короче, вы поняли, про что я.
Уильям молча взирал на этого гиганта и на Симону, потом решил, что молчание его могут растолковать превратно, и начал говорить:
- Эээ, почти все правильно, только не красной бабочки, а черной. Это важно. В общем, - он начал тужиться, рожая слова, ведь от того, что он скажет, зависела его жизнь. - В общем, на собрании мы подверглись нападению этого огромного кровососущего насекомого с сестрой Симоной, и нам пришлось её убить, а так же и всех тех, кто оказывал сопротивление. Это вкратце...
- Вы это насекомое отравили, - буркнул Яков. - Между прочим, ценный экцемпляр.
Симона, поймав непонимающий взгляд мужчины, пояснила:
- У вас в крови никотина слишком много, а она оказалась к нему очень чувствительно.
- По-моему, даже дети знают, что курение - зло, - Яков сделал короткую запись в планшетке. - А насчёт главы городской Инквизиции брата Константина? Как вы его убили?
- Понимаете, - отвечал Уильям, - я тут не виноват ни капли. Дело в том, что я и так подвергся нападению этой бабочки, так еще этот Константин. Я бы в другое время с ним может быть и договорился, но он был настроен крайне агрессивно, и я вынужден был выстрелить в него. Я очень хотел жить в тот момент. И сейчас хочу.
- Понимаю. То есть, после того, как эта бабочка издохла, он повёл себя неадекватно и агрессивно, и напал на вас? - Яков снова что-то чиркнул в своих бумагах
- Да, потому что якобы я убил их богиню, и он решил со мной расправиться за это, - с охотой ответил Профессор.
- Богиня... Обычная фатальная спонтанная мутация вампира, - Яков снова сделал пометку у себя в бумагах. - Но с этой бабочкой всё понятно. А вот Найтделл. Почему он ослушался приказа возвращаться в Лондиниум, и решил убить вас?
- Я не знаю, - мотнул головой Уилл. - у нас с ним были столкновения по службе, давным-давно, я тогда еще имел гражданство Альбиона, и я был уверен, что все это уже давно исчерпало себя, и мы все обоговорили с ним. Я в общем так и не понял, то ли у него была такая же цель, как у Константина, то ли ему показалось, что я в этом деле перешел ему дорогу.
- Хм. А конкретней, какие это были столкновения? Надеюсь, что-нибудь весомое, иначе у вашего начальства будут большие проблемы. Этот упырь занимал высокое положение на Альбионе и пользовался большим доверием герцога Манчестерского, - Яков постучал пальцами по подоконнику. - Уолш может потребовать вашей выдачи Альбиону.
Уилл замялся.
- Я по молодости работал в Лондиниуме над секретными проектами, и он пытался мне помешать. Это будет считаться серьезной причиной?
- Допустим. Конкретно над чем вы работали? - разумеется, выдавать упырям чиновника Ватикана никто не собирался. Яков не был просвещён во все детали подковёрной дипломатической возни, но выходило так, что Уолш послал своего эмиссара без ведома престарелой королевы и её советников. Если Ватикан отправит официальное требование объяснений, что делал в Италии вампир с документами аристократа Альбиона, то у герцога будет очень много проблем. Но это не отменяло того, что было необходимо понять причины конфликта.
- Это секретная информация! Я тогда состоял в довольно сильной группе ученых, и мы работали на правительство. Правда, в нашем стане появилась паршивая овца, которая продавала информацию на сторону, и Найтделл был в этом всем замешан. И вообще! Я из-за этих столкновений жену потерял, а вы еще спрашиваете, насколько оно могло быть серьезно...
- Вордсворд, вы явно не понимаете ситуации. Вы - чиновник Ватикана, а не Альбиона. Ваша забота о вашей родине, откуда вы так спешно бежали, конечно, трогает, но в сложившейся ситуации это неприемлемо. Те разработки, в которых вы принимали участие десять лет назад, для нас не секрет, мы уже в курсе всего этого. Поэтому мне надо знать, ЧЕМ именно вы занимались, чтобы выстроить вашу защиту. Иначе вы рискуете отправиться на свою историческую родину и общаться уже с их службой госбезопасности, - Якова этот допрос начал уже раздражать. Ну не его это!
- Я разрабатывал военные корабли нового поколения! - нахмурился Уильям. - Был ведущим инженером наряду с Катериной Лэнг.
- Понятно... И не удивительно, - Яков снова что-то отметил в планшетке. - Ладно, на сегодня достаточно. Выздоравливайте, я к вам ещё зайду.
Яков поднялся и, полязгивая доспехами, вышел. Симона повернулась от шкафчика с лекарствами к Вордсворду и улыбнулась.
- Не делайте такое страшное лицо, вас Альбиону точно не выдадут. Скорее наше ведомство само вас расстреляет.
- Очень утешительная информация, - погрустнел Вондсворт. - А можно попросить, чтобы меня похоронили на моей исторической родине? - добавил он с ехидством.
- Вордсворд, а вам не всё равно будет? - Симона расстегнула фиксирующие ремни. - Лежите смирно, я сейчас вам перевязку сделаю... И не смейте ходить, вам пока придётся пару дней покататься в коляске. Не знаю, чем этот тип поливал вас, но обгорели вы здорово.
- Что, совсем? - он разнервничался. - Чертов город! Чертово задание! И ведь что самое интересное, меня наверное даже не поцелуют, хотя бы в щеку.
То ли от паров эфира, которые так и не выветрились, то ли от долгого воздержания, но близость сестры Симоны уже начинала в известном смысле раздражать.
- Совсем, - Симона сняла лубки и осторожно сняла бинты с левой ноги. Хуже ожоги за прошедшие часы не стали, и это радовало. Некоторые места, где оставалась кожа, уже затянулись плотным мелким "мехом" - касаться этих мест даже в перчатках категорически не хотелось. - Вы с такими ногами к нежностям не располагаете...
- А что там с моими ногами? Все очень тяжело? - он постарался посмотреть, что там. - Ну и ну... вы совершенно правы. И сколько же времени займет лечение таких ожогов?
- Ну, думаю, неделю, с вашей способностью восстанавливаться, - Симона осмотрела руки мужчины. - Вообще, обычному человеку понадобилось бы несколько операций по пересадке мышц и кожи, но думаю, в вашем случае обойдёмся без этого.
- Я тоже так думаю. Побольше воды, и все заживет как на охотничьей собаке, - он лег поудобнее. - Это первое непредсказуемое дело, когда я вместо анализа информации вынужден драться. Это меня просто выбивает из колеи. Я начинаю чувствовать себя воинственным кельтом, а не аналитиком отдела, - поворчал он.
- Взаимно. Я тоже рассчитывала на спокойный сбор информации, - Симона взяла чистые бинты и принялась за дело. - Больше никогда не поведусь на ваше "сходим в ресторан в качестве компенсации за испорченный отдых!"
- Вообще я хотел вам это снова предложить - смутился он. - Когда уж наверняка мы будем уверены, что нам ничего не грозит... И между прочим, случилось это все не в ресторане. Там мне всего лишь передали записку, а я её даже не читал.
- Вы раздолбай, Вордсворд, - вздохнула Симона. - Так что следующий совместный ужин будет только в нашей столовой в бюро. Там уж точно ничего не случится... Вот, всё. Кресло вам ближе к ужину выдадут.
- Хорошо.
Он посмотрел в сторону двери и добавил тише:
- Все же скажите сестра, зачем вы будете изучать мою кровь? Какие вы ставите перед собой цели?
- Мне интересно, где грань между вампиром и человеком. Конечно, этой целью занимаются и наши учёные, но у меня несколько иное виденье этой проблемы, которое не пользуется поддержкой в наших научных кругах. Вы же - интересный образец для изучения.
- Ну допустим. Уже было выяснено, что грань очень тонкая. Что же еще вы захотите узнать? - он хитро прищурился.
- Вы ведь знаете, что человечество постоянно эволюционирует? Есть естественная и искусственная эволюция. Тысячелетия человечество развивалось естественно. Было несколько ветвей эволции. Одна была удачной, другие отмирали. Сейчас же, используя то, что у нас есть воможность самим направлять эволюцию в любую сторону. И сейчас, к сожалению, почти все направляют наше развитие в сторону вампиров. Я считаю это неправильным, потому что вампиры вымирают. После Армагеддона их численность увеличилась лишь в полтора раза. Людей же - в двенадцать раз. В Империи вампиры уже не основное население. У ниж так называемый средний класс вампиров практически отсутствует. Почти все вампиры - господа. Ещё пара поколений, и Империя рухнет, потому что она будет уже не Империей вампиров. Думаю, мне не надо говорить, за кем будущее. Но наши, - Симона фыркнула, - умы слишком завидуют долгой жизни и возможностям мафусаилов, чтобы видеть, что они ведут наш вид к гибели. А я просто хочу узнать, куда надо действительно направить эволюцию человека, чтобы не потерять себя как вид и как разумных существ.
- Скажу вам сразу, я не долгожитель, - вздохнул он. - Может быть, я проживу не 60 лет, а 80, и при этом буду еще успешно скрипеть на кафедре и вводить молодежь в заблуждение своим внешним видом, но мои бациллусы не дадут мне того бессмертия, за которым сейчас все гоняются.
- Я это прекрасно знаю. Ваши паразиты отличаются от тех, что обитают в наших вампирах. Но у вас всё равно интересный случай, - пожала плечами Симона. - Людей не убедишь, что наша эволюция должна идти сама. Поэтому я и хочу найти что-то приемлемое, что нас не уничтожит.
- Вы думаете, я подходящий вариант? Что ж, может быть, главное лишь, чтобы я не оказался еще одной промежуточной ветвью и не самой удачной. У меня подозрение, что в итоге я скончаюсь от обширного рака.
Хм, знаете, вы так спасаете меня, что я уж подумываю сделать вам роскошный подарок. Ведь я раздолбай, а у вас на меня ушло столько терпения...
- Вы можете оказаться какой угодной ветвью, выводы уже я буду делать, - девушка хмыкнула и присела на край кровати. - Только давайте, этот подарок не будет взрываться и вообще, будет безопасным для меня и окружающих?
- Я хотел подарить вам кошку. Вы любите кошек? Больших кошек? - уточнил он.
- Люблю, но учтите, тигра мне держать банально негде.
- Это будет не тигр. Это стальная кошка, которая будет слушаться любого вашего приказа. Ну разве что она не сможет приносить вам завтрак в постель, а насчет всего остального, особенно охраны, она понимает и выполняет прекрасно.
- Стальная? То есть, механическая, что ли? - не поняла Симона. Механический зверь! Можно подумать, ей Варфоломея было мало!
- Ну да, это киборг. Вы не волнуйтесь, она не шумная, не мяукает, не разговаривает. Но слушается как преданный пес.
- Ну, если вы пообещаете, что она будет не шумной, то тогда ладно. Буду кормить её машинным маслом и беречь от Андрея, - улыбнулась Симона.
- Я не просто обещаю, я вас это гарантирую! Ну, я рад, что все выходит таким замечательным образом, - он зевнул, с трудом сдерживаясь.
- Тогда договорились. А пока ведите себя хорошо, - монахиня налила в стакан воды и протянула мужчине. - Выпейте и поспите ещё.
Уильям выпил одним глотком воду, ощущая, как холодная жидкость успокаивает всю боль, которую он чувствовал в теле. Он отдал стакан сестре и тут же заснул, опустившись на кушетку. Ему предстояло несколько дней ездить в инвалидном кресле...

Абель, так сильно переживавший за Уильяма, приехал рано утром в Салерно, повидать своего боевого товарища. Тот сразу попросил его принести инструменты из гостиницы и отдал ему ключ от номера. Всеми правдами и неправдами Абель протащил саквояж, недоумевая, на кой черт Профессору с утра пораньше понадобилось что-то чинить. Для начала, Вордсворт попросил отвязать его от кушетки, а потом подтащить новенькое кресло, которое предназначалось для него, Уилл был в этом уверен. Спустя некоторое время кресло разве что не разговаривало и не варило кофе.
Уильям был полон энтузиазма.
- Абель, а теперь помогите мне в него сесть! Я его испытаю...
Расследование шло полным ходом. Из Рима прибыла ещё бригада следователей, которая взялась за городскую полицию и ближайшие армейские части. Симона, к своему счастью, в этой кутерьме не участвовала, только занималась дохлой бабочкой. К её облегчению, пользоваться своим положением лечащего врача кардинала ей не пришлось, и издохшие без носителя паразиты Вордсворда ничем не отличались от паразитов упырей.
Кстати, о Вордсворде. Этот недо-упырь поправлялся, правда, не так быстро, как думала монахиня. Утром этого дня ему должны были передать кресло, но Симона считала, что это слишком рано. Этот тип, устав от лежания, наверняка отправится в путешествие по больнице. И хорошо, если ограничится этажом. Хотя с его поразительной способностью находить приключения на свою задницу она бы всё же его из палаты не выпускала.
Вообще, дурные предчувствия её не покидали. И именно они заставили её заглянуть в палату своего пациента раньше планируемого.
Как оказалось, не зря.
Вордсворд, в сопровождении некого долговязого священника, опознанного как Найтроуд, садился в кресло, которое на нормальное медицинское уже было не похоже.
- И что тут происходит? - Симона встала в дверях, оставляя этим балбесам к отступлению только окно и сложила руки на груди.
Вордсворт, в этот момент мило сидевший на руках у Абеля, покраснел до кончиков волос и шикнул на него.
- Да опусти же меня!
Тот от неожиданности неловко сунул его в кресло. Вордсворт посчитал поясницей все неровности и охнул.
- Уй, й-ёё...
Абель что-то залопотал о прекрасном дне, и том, как хорошо встретить старых друзей в таких неожиданных местах. Его прервал Уильям:
- Абель, я же говорил, что мой лечащий врач - сестра Симона. Она так сама распорядилась. Кстати, сестра, вы совершенно не то подумали. Абель приехал сюда рано утром, чтобы повидать меня, и так как мне надоело лежать на одном месте, я попросил его посадить меня в кресло... - он выглядел крайне смущенным.
- Не то, что я подумала? - Симона сладко улыбнулась этой парочке раздолбаев. Обычно от такой улыбки её коллеги либо смирно ложились обратно на койку, ожидая лечения, либо убегали, резко прибавив скорости. - А что я должна была подумать?
- Ну если вы ничего не подумали плохого, то это и к лучшему! - Абель лез из кожи вон, чтобы разрядить обстановку, меж тем он наклонился к Вордсворту. - А о чем это вы?
Тот посмотрел на него искоса.
- Все в порядке, Абель, не суетись!
- Быстро обратно на койку, - Симона подошла к Вордсворду и осмотрела кресло. Никакого доверия странные примочки, явно не фабричные, которые теперь появились на кресле, не вызывали. И она даже знала, откуда они взялись.
Тот от волнения вспотел и попросил:
- Сестра Симона, а не будете вы так любезны и не позволите мне испытать мое новое кресло? Я здесь сделал некоторые улучшения в конструкциии... Это же важно для науки, вы понимаете.
Абьель стоял за его спиной и тупо лыбился, готовый в любую минуту спрятаться под кровать.
- Хотите улететь в космос? - Симона, хмурясь, леконько пнула какую-то насадку на спице колеса. - Добро пожаловать в Алжир, я вас к полезной нагрузке какого-нибудь спутника могу оформить. А пока вы мой пациент, можете о всех своих изобретениях забыть. Я за этот год ещё не теряла ни одного пациента, и не собираюсь портить себе статистику.
- Хорошо, хорошо, - быстро согласился Уильям, намереваясь снова сесть на руки Абелю.
Вот только у того дрожали поджилки, и он уже с трудом мог поднять его. Уильям нежно обнимал его за шею обеими руками.
- Что это с тобой? Неужто мне придется ползти?
Симона вздохнула и решительно взяла своего пациента за талию, перетаскивая его на койку. На силу девушка никогда не жаловалась, поэтому надолго этот процесс не затянулся.
- Ложитесь, - она помогла Вордсворду лечь и, поколебавшись, взялась за лубки. Все признаки, выдающие в мужчине наличие неположенных паразитов сошли ещё два дня назад, значит, этот Найтроуд, если он не посвящен в тайну её пациента, ничего не заметит.
- Поздравляю, вы поправляетесь, - Симона выкинула старые бинты и взяла из шкафа несколько новых. - Но ходить вам нельзя, иначе придётся уже оперировать.
Вордсворт, едва пришедший в себя после такого грандиозного рывка сестры, грустно молвил:
- Лучше б мы с вами туда и не ходили, - он погрустнел. - Вот вы как чувствовали, что не стоило там появляться. Впрочем, это я уже глупости говорю. Абель, перестань дрожать. Из-за тебя девушке пришлось меня носить на руках, ну что это такое, а?
- Вордсворд, заткнитесь, - Симона быстро забинтовала ноги мужчины. Вообще, теперь, когда все странности в заживлении ран прошли, можно было бы поручить это медсестре, но Симона предпочитала, чтобы такого ценного источника работы никто лишний не трогал. - Отец Найтроуд, сядьте куда-нибудь. Сейчас наш дорогой Профессор будет объяснять, что он сделал с креслом. И я чувствую, это будет надолго
Абель, надолго запомнивший встречу с Симоной, не зная, куда именно сесть, приземлился на кушетку к Вордсворту, загородив его своим тощим телом. Вордсворту пришлось приподняться на локтях.
- Я ничего особенного не сделал, всего лишь облегчил управление кресла и добавил несколько важных функций, например, возможность ускорения и блокировку, чтобы кресло не катилось по наклонной, когда это может быть опасно. Я же не знаю, сколько времени я проведу в этом кресле, а мне бы хотелось делать это с комфортом.
- Вордсворд, вы дебил. Подлокотники видете? А вон те кнопочки? На левом "газ", на правом "тормоз". Или вы думали, в наше время пациенты должны сами крутить колёса? - Симона отошла чуть в сторону, чтобы Найтроуд не загораживал ей обзор.
- Они не работали! - рассердился Уильям. - Мне приходилось давить на них нещадно, чтобы они сработали наконец. К тому же выявились изьяны в самой конструкции этих механизмов. Теперь кресло чувствительно к любому моему желанию и весьма удобно в обращении. Да вы сами попробуйте.
- Вордсворд, это больница, а не гоночная трасса! - Симона уже начала злиться. - Разумеется, они реагируют с некоторым опозданием и сильно не разгоняются! Короче, этот милый отче держит вам кресло, а вы с неё свинчивайте всё лишнее.
- Но ведь это же мое кресло, - казалось, еще немного, и Вордсворт заплачет. - А представьте, что будет, если я захочу остановиться и не успею. Или если мне надо будет срочно сдвинуться, а у меня не выйдет, потому что кресло неисправно. Ведь это будет гораздо хуже, - у него задрожали губы.
Еще бы. С тем, что он делал, он готов носиться как курица с яйцом. Но Абель был против.
- Профессор, не стоит так мелочиться, разберете креслице, а я вас покатаю. Не огорчайтесь.
- У всех нормально, а у вас внезапно тормоза откажут! Никогда вы вот на этом, - монахиня показала пальцем на "навороты". Чего греха таить, непрошедшие полный цикл испытаний на безопасность механизмы она терпеть не могла, за что на неё хронически обижался Андрей. - не поедете. Поэтому лучше послушайте вашего друга.
- Я не хочу упрашивать других ухаживать за мной. Я прекрасно понимаю, что ко мне все хорошо относятся, но для меня это унизительно. Нельзя будет даже пройти в туалет одному. Для меня это такой стыд! А если мне захочется уединиться? - Вордсворт выглядел так, как будто ел кактус, но все равно возвращал креслу первоначальный облик. Впрочем, он решил, что как только будет предоставлен сам себе, он внесет изменения. Он сделает даже лучше, чем сейчас!
Абель держал кресло и всячески помогал Уильяму, а когда тот сказал об уединении, он брякнул невпопад:
- Ничего, Профессор, я помогу вам в этом!
Уилл поперхнулся. Вот уж понятно, с чьей подачи ходили слухи о сладкой парочке!
- Обязательно поможешь, - пробормотал он, снова краснея.
- Вордсворд, умерьте свою гордость. Кресло вполне себе нормальное. Ваши примочки всё равно не смогут сами пересадить вас на унитаз, - девушка, прищурившись, следила за тем, чтобы всё неустановленное техпаспортом исчезло с кресла.
- Верно, - вынужден был согласиться он. - Хотя если поразмыслить, то можно сделать и так, чтобы кресло могло помогать в этом... Хм... Тут надо поработать с сиденьем, я даже знаю, что я сделаю... - он осекся и стал смирно откручивать лишний металл.
- Вот и славно, - Симона проследила, как все инструменты и железки скрылись в сумке, и решительно взяла её за ручки. Сумка была тяжелой, придётся до кладовки волочь, но оставлять её мужчине она не собиралась: опыт общения с Андреем показывал, что стоит ей выйти за дверь, всё это мгновенно окажется на кресле. - Получите это после выписки.
- Но постойте, там мои личные вещи, белье! В чем же я буду ходить, пока буду лежать здесь? - почувствовав какое-то логическое несоответствие в своих словах, он сник. - Ну да, я еще и ходить не могу, пока не могу.
- Вордсворд, вы неделю тут пролежали, и таким же образом пролежите ещё столько же. Трусы, если они там действительно есть, я вам принесу, - Симона с кряхтением потащила сумку к выходу. - Но к этим железкам вы больше не прикоснётесь. По крайней мере, пока не выздоровеете до конца.
- Они там есть, - смутился Уилл. - Только давайте я сам их вытащу, не хватало только, чтобы вы это видели... Все таки нижнее белье...
- Вы не обращайте на него внимания, - Абель закивал Симоне, - если надо будет, я и сам ему помогу. Он у нас очень стеснительный, даже мне никогда не показывает свои трусы.
Уилл снова покраснел и прикрыл лицо рукой.
- Вордсворд, я вас уже несколько раз штопала, - Симона перетащила сумку через порожек. - Если вы считаете, что ваши застиранные трусы меня удивят или смутят - то вы ошибаетесь. И вообще, я их уже видела, - она хмыкнула и поволокла сумку к кладовке по кафелю коридора.
- Они не застиранные! - крикнул ей вслед Уильям. - Черт... - добавил он тише. - Я же теперь обязан на ней жениться. Абель, ну и шутки у тебя! Чисто английские.
- А что я не так сказал?
- Уж лучше бы ты молчал. Ты знаешь, какие слухи ходят про нас по отделу Инквизиции?
- Какие? - непричемно спросил Абель.
- Такие! С небесным оттенком.
- Не стоит огорчаться, про нас с вами всегда рассказывали что нибудь эдакое. Или вам стыдно перед сестрой Симоной? Может, вы решили за ней поухаживать?
Уилл замолчал, снова прикрыв ладонью лицо.
- А что, она ничего, сделает из вас человека, - Абель осекся. - То есть, я хотел сказать, что она просто очаровательный выбор, Профессор!
Профессорское бельё действительно в сумке было. Симона переложила его в другой пакет, а сумку заперла в холодильном отсеке с лекарствами, посоветовала любопытной медсестре в сумке не шариться и отправилась обратно. Эта парочка упоённо о чём-то шушукалась, когда она вошла в палату.
- Так, Найтроуд, следите за этим типом, за территорию больницы его не выпускать. В два часа обед, в три - перевязка. Всё это обязательные мероприятия. Ногами он пусть не пробует шевелить, иначе, как я уже говорила, придётся оперировать. Ясно?
- Да, сестра, хорошо, сестра, - с готовностью закивал Абель, как-будто ему угрожали эмейскими спицами. - Скажите, а у вас это давно с Профессором?
Уильям тихонько опустился на кушетку и накрылся тонким одеялом с головой.
- Уже месяц, - хмуро отозвалась монахиня, прежде чем сообразила, глядя на резко завернувшегося в одеяло Вордсворда, о чём её именно спрашивали. Сообразив, хихикнула. - Иногда его даже хочется убить.
- Я вас так понимаю! - развеселился Абель. - У нас его вся женская половина отдела хочет убить, но он чудом выживает каждый раз после демонстрации своих технических возможностей. Правда, Профессор? Я так рад, что у моего друга появилась девушка. Только теперь мы будем реже встречаться за круглым столом, ведь он уже с месяц как не пьет! Я долго гадал, кто в этом замешан.
- Абель, что ты несешь! - хрипло выдавил из себя Уильям. - Сестра Симона - монахиня!
- Но и вы - патер, - ответил Абель. - Вам разрешено заводить жен.
- Сразу несколько? - ехидно уточнил Уилл.
- А что, у меня есть конкурентки? - разговор Симону очень развеселил. С разрешения его святейшества или двух архиепископов выйти замуж могла и она. - Интересно, как это прошло мимо меня?
- Нет, у вас нет конкурентов, - Уильям побелел, и его лицо стало почти такого же цвета. как у Абеля. - И конкуренток тоже... Вы самая лучшая... медсестра на свете.
- Я врач, - поправила Симона. - На врача учатся в три раза дольше. А что, у меня и правда нет конкуренток?
- Ах, да, простите, вы несомненно первоклассный врач. И у вас уже с месяц как нет конкуренток, - выдохнул Уилл. - Вы их всех затмили.
- Ну что это такое, Профессор? Где страсть, где пылкие взгляды? Ты можешь меня не стесняться!
- Мне так приятно это слышать, - Симона скромно посмотрела на свои туфли, потом с улыбкой на своего "возлюбленного". - Отец Найтроуд, ваш друг просто очень скромный... Можете быть уверены, когда нет свидетелей, он очень пылок!
- Кхм, понимаешь, Абель, мы с тобой должны выдерживать имидж двух "закадычных" англичан. Что о нас подумают в Инквизиции, в самом деле? Сестра Симона, вы уж не обращайте внимания, он чересчур болтлив и хочет все знать, - он с яростью посмотрел на Найтроуда.
- Любопытство - это порок всего человечества, - сладко улыбнулась Симона. - А Инквизиция... Да кого волнует в наше время её мнение! - на поясе девушки пискнул передатчик, показывая сообщение от Якова. - Ну, друзья мои, я должна вас покинуть - тут дела снова появились... И не забудьте, в три часа - перевязка! Не явитесь - сожгу к чертям! - Симона выскочила за дверь и помчалась к выходу из больнице: Якову зачем-то была нужна помощь.
- Абель, кто тебя тянул за язык? - Уилл сник после её ухода и стал совершенно бесцветным.
- А что я опять сказал не так?
- Дай мне трубку и табак.
Он закурил, распространяя по палате крепкий запах табачного дыма.
- Профессор, вы все еще боитесь?
Он кивнул:
- Боюсь.
- Но вы ведь со мной общаетесь, и я еще не умер.
- А это вопрос времени, - ответил он жестко. - И потом, тебя сложно убить, сложнее, чем кого-либо.
- Вордсворт, неужели вы со мной дружите только потому, что я относительно бессмертен? - укорил его Абель.
Уильям промолчал и повернулся на бок, спиной к Абелю.
- Я вас понимаю, - проговорил Абель. - Но ведь и шанс свой упускать нельзя. Вдруг вам повезет.
- В чем? - печально усмехнулся Уилл. - Мы все смертны. Так что не будем больше об этом. Лучше принеси мне свежие газеты.

Вопрос: Полет Черной бабочки
1. читаю, нравится  3  (42.86%)
2. прочитал, не понравилось  0  (0%)
3. а будет продолжение?  1  (14.29%)
4. не читал, не читаю и не буду читать(с)  3  (42.86%)
5. почитаю на досуге как-нибудь  0  (0%)
Всего: 7

@темы: альтернатива, FRPG